. Честь достоинство и деловая репутация- правовая природа и особенности правоотношений



Работа добавлена на сайт TXTRef.ru: 2019-09-03

58

Содержание

Введение

Глава 1. Честь, достоинство и деловая репутация: правовая природа и особенности правоотношений

.1 Честь как объект гражданского правоотношения

.2 Достоинство как объект гражданского правоотношения

.3 Понятие деловой репутации как объекта гражданского правоотношения

Глава 2. Проблемы гражданско-правовой защиты чести, достоинства и деловой репутации

.1 Юридико-фактическая форма механизма гражданско-правового регулирования отношений, возникающих по поводу чести и деловой репутации граждан

.2 Опровержение как внесудебный способ защиты

.3 Опровержение как судебный способ защиты

Заключение

Библиографический список


Введение

Актуальность темы исследования. Статьей 2 Конституции РФ установлено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Для реализации этих положений важнейшее значение должно придаваться защите чести и достоинства гражданина. По правовой природе, названные нематериальные блага входят в состав объектов гражданских прав. Конституционные основы регулирования защиты чести, и достоинства гражданина составляют следующие правила: принцип охраны достоинства личности, состоящий в том, что достоинство личности охраняется государством, ничто не может быть основанием для его умаления (п.1 ст.21); каждый имеет право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени (п. 1 ст.23).

В свою очередь, для юридических лиц важнейшим показателем является деловая репутация, во многом определяющая отношение к организации со стороны ее клиентов и контрагентов. Нередко путем распространения недостоверных порочащих сведений деловая репутация юридических лиц нарушается, что в условиях рыночной экономики неизбежно приводит к существенному снижению уровня конкурентоспособности организации. Поэтому институт деловой репутации также требует адекватного гражданско-правового регулирования.

Содержательное сходство указанных выше институтов проявляется и в том, что законодательство устанавливает унифицированные специальные средства гражданско-правовой защиты чести, достоинства и деловой репутации. Так, в п. 1 ст. 152 ГК РФ устанавливается, что гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности.

За последние годы число споров о защите чести, достоинства и деловой репутации постоянно возрастает, что указывает на общее повышение уровня индивидуального правосознания граждан и организаций, готовых в судебном порядке отстаивать свои личные неимущественные права.

В то же время, процесс реализации соответствующих правовых норм выявил ряд проблем теоретического и практического характера, порождающих неоправданные сложности и возникновение многочисленных коллизий при рассмотрении данной категории споров. Представляется, что, во многом, эта ситуация является результатом недостаточной исследованности нематериальных объектов гражданско-правовой защиты, что и вызвало необходимость проведения данного исследования.

Степень научной разработанности темы исследования. В работе проанализирован научный материал, послуживший ее исследовательской основой и позволивший сохранить преемственность в развитии правовой науки. Теоретическую основу настоящей работы составили труды дореволюционных российских цивилистовД.И. Мейера, И.А.Покровского, В.М. Хвостова, Г.Ф. Шершеневича, а также труды советских цивилистов и современных отечественных ученых: М.М.Агаркова, С.С. Алексеева, В.А. Белова, С.Н. Братуся, А.Б. Венгерова, В.Г. Вердникова, А.А. Власова, Д.М. Генкина, К.И. Голубева, В.А. Дозорцева, Н.Д. Егорова, А.А. Ерошенко, О.С. Иоффе, Л.О. Красавчиковой, О.А. Красавчикова, В.А.Лапача, Н.С. Малеина, М.Н. Малеиной, А.В. Мицкевича, С.В.Нарижнего, СВ. Потапенко, В.И. Сенчищева, А.П. Сергеева, М.С.Строговича, Е.А. Суханова, Е.А. Флейшиц, P.O. Халфиной, М.Д.Шаргородского, А.М. Эрделевского, В.Ф. Яковлева, К.Б. Ярошенко и других авторов.

Однако полного комплексного исследования таких нематериальных благ как честь, достоинство, деловая репутация в качестве объекта защиты в гражданском праве и процессе проведено до настоящего времени не было.

Целью исследования является совершенствование правовых механизмов защиты чести, достоинства и репутации граждан в рамках российского гражданского права и процесса с учетом имеющегося исторического опыта, а также опыта зарубежных государств.

Для достижения поставленной цели нами обозначены следующие задачи:

а) исследование правовой природы таких нематериальных благ, как честь, достоинство, деловая репутация, репутация, доброе имя; их места в системе субъективных прав; специфики права на защиту чести, достоинства и деловой репутации;

б) анализ действующего законодательства с точки зрения эффективности гражданско-правовой защиты чести, достоинства, деловой репутации граждан;

в) выявление существующих актуальных проблем в законодательном регулировании гражданско-правовой защиты чести, достоинства, деловой репутации и в практике ее применения и внесение конкретных предложений по изменению и дополнению действующих нормативных правовых актов (Закона РФ «О средствах массовой информации» и др.), а также постановлений Пленума Верховного Суда Российской Федерации;

в) внесению предложений по совершенствованию гражданского и гражданско-процессуального законодательства в сфере защиты чести, достоинства и деловой репутации граждан.

Объектом исследования выступают гражданскиправовые и гражданско-процессуальные отношения в сфере защиты чести, достоинства и репутации личности.

Предмет исследования составляет нормативно-правовая база в сфере обеспечения охраны нематериальных благ личности, в частности чести, достоинства и репутации личности.

Методологическую основу исследования составляют частнонаучные и общенаучные методы познания: нормативно-логический, историко-правовой, сравнительно-правовой, аналитический, синтеза, а так же логико-формальный методы толкования права в сочетании с комплексным и системным анализом исследуемых проблем.

Структура работы. Работа состоит из введения, двух глав, включающих в себя шесть параграфов, заключения и библиографического списка.


Глава 1. Честь, достоинство и деловая репутация: правовая природа и особенности правоотношений

1.1 Честь как объект гражданского правоотношения

Чувство чести является важнейшей социальной чертой личности, так как через посредство этого ее свойства общественное мнение оказывает моральное воздействие на человека. От степени развития чувства чести зависит восприимчивость человека к моральному воздействию общества. История богата примерами, свидетельствующими о том, что порою честь дороже жизни. Защищая свою честь, на дуэлях погибли А.С. Пушкин и М.Ю. Лермонтов. Интересно высказывание К. Маркса относительно понятия чести: «Что такое честь, что такое деликатность? Что такое посягательство на них? Это целиком зависит от индивида, с которым я имею дело, от степени его образованности, от его предрассудков, от его самомнения».

Ведь еще римскому частному праву было известно ограничение гражданской правоспособности вследствие умаления чести. В известных римских законах XII таблиц, принятых в V веке до нашей эры и действовавших примерно три века, содержалось понятие infamiaбесчестие. По этому поводу М.Х. Хутыз отмечал: «В результате infamia лицо лишалось права быть в суде представителем, быть опекуном, избираться на общественные должности. Помимо того, преторским эдиктом ограничивалась правоспособность носителей некоторых профессий и безнравственных промыслов: актеров, сводников, проституток. Этолица, «покрытые позором» —turpitudo, они, в частности, ущемлялись в наследственных правах»2. Ограничение правоспособности из-за бесчестия проявилось и в русском гражданском праве. Известный русский цивилист Д.И. Мейер писал: «Под гражданской честью мы разумеем признание человеческого достоинства лица и обращение с ним соответственно этому достоинству. Если какие-либо права тесно связаны с человеческим достоинством, то, конечно, они не должны быть предоставляемы такому лицу, поведение которого не согласуется с человеческим достоинством»3. Действующее российское законодательство не содержит специальных, самостоятельных норм, допускающих умаление чьих-либо прав вследствие бесчестья, но в отдельных нормах указаны случаи, когда бесчестье влечет негативные правовые последствия. В частности, в п. 3 ст. 35 ГК РФ указано: «Опекун или попечитель может быть назначен только с его согласия. При этом должны учитываться его нравственные и иные личные качества...». В ст. 169 ГК РФ упоминается о недействительности сделки, совершенной с целью, противной основам правопорядка и нравственности.

В самом общем смысле, под честью понимается сопровождающееся положительной оценкой отражение качеств лица в общественном сознании. Честь – нематериальное и неотчуждаемое право личности. Существует презумпция наличия чести, т. е. допущение, что человек располагает честью, если он не допустил поступков или высказываний, несовместимых с его положительной оценкой в общественном мнении (общественном сознании). При защите чести из действия презумпции, согласно которой распространяемые сведения, порочащие пострадавшего, считаются несоответствующими действительности, вытекает необходимость доказывания правдивости таких сведений лицом, распространившим такие сведения. Унижение чести предполагает, что истец ощущает изменение (или считает потенциально возможным изменение) общественного мнения о себе. Важен также юридический момент: унижение честисознательная дискредитация человека в общественном мнении, при которой истец, повторимся, ощущает изменения общественного мнения о себе или предполагает потенциально такое возможным.

Именно поэтому не рассматривается как умаление чести и не подлежит правовой защите оскорбление, нанесенное непублично, в отсутствие третьих лиц.

Философский энциклопедический словарь определяет честь как «признание, которое окружающие добровольно выражают человеку как носителю осуществленных в нем и им самим индивидуальных ценностей (почтение4. Г.П. Савичев писал, что честьэто определенная социальная оценка личности, ее объективное общественное свойство. Л.О. Красавчикова также понимала под честью «определенную социальную оценку лица»5. М.Н. Малеина пишет, что честьэто понятие родовое, характеризуется как оценка обществом качеств личности6. Ю.В. Молочков рассматривает честь как определенное внешнее отношение к человеку, как «грань его положительной репутации»7. А.М. Эрделевский также определяет честь как «сопровождающееся положительной оценкой общества отражение качеств лица в общественном сознании»8. То есть, практически, все исследователи вопроса о чести пришли к выводу, что честьэто определенная социальная оценка лица обществом. Мы разделяем уточнение Ю.В. Молочкова и А.М. Эрделевского о том, что чести присущ признак положительной оценки обществом качеств личности. Это обстоятельство имеет важное значение, поскольку объектом судебной защиты может быть честь только в ее позитивном понимании.

«Честьсубъективное право человека на положительную оценку своей личности, как в своих собственных глазах, так и в глазах окружающих. У права чести есть два аспекта: субъективный и объективный. Субъективный аспект честиэто достоинствоправо человека, не зависящее от его действий и мыслей и охраняемое государством безотносительно к правовому статусу любого человека, даже если это преступник. Объективный, или точнее интерсубъективный аспект честиэто доброе имя и репутация человека, с юридической точки зренияэто субъективное право человека своим поведением формировать представление о себе у окружающих»9.

«Это понятие [о чести] в отличие от достоинства связывается не только и не столько с совокупностью личных качеств, а главным образом с их морально-политической оценкой другими людьми. Иначе говоря, честьэто оценочное суждение о данном человеке и о его социальной деятельности; положительное общественное мнение о нравственных качествах конкретной личности (репутация, реноме). Ущерб чести причиняется тем, что сведения, содержание которых может подорвать доверие к человеку и гражданину, становятся известны третьим лицам (или окружающим). В подобных случаях говорят, что человек опозорен или опорочен, а сведения, в результате распространения которых чести наносится урон, именуются порочащими»10.

Понятие «честь», во многом, связано и сходно с категорией достоинства, однако, как обоснованно отмечает М.Л. Гаскарова, «в отличие от достоинства, моральная ценность личности в понятии честь связывается с конкретным общественным положением человека, родом его деятельности и признаваемыми за ним заслугами»11. К.Б. Ярошенко по этому же поводу пишет: «Честь и достоинство гражданинаего моральные качества, моральная ценность. Это очень близкие понятия. Различие лишь в субъективном или объективном подходе к оценке этих качеств: если имеется в виду оценка со стороны окружающихречь идет о чести гражданина, а если самооценкао его достоинстве»12.

Разделяя общий подход к разграничению чести и достоинства, полагаем необходимым уточнить последнее определение, при использовании которого на практике окажется необходимым, в случае предполагаемого нарушения честивыяснять оценку личности потерпевшего со стороны окружающих, для установления объема нарушенного права; это крайне сложно сделать объективно, а в случае предполагаемого нарушения достоинствавыявлять самооценку личности потерпевшего, что представляется еще более субъективным и неопределенным.

Во многих работах современных российских цивилистов категории чести и достоинства рассматриваются не только как личностные характеристики человека, а утверждается, что они присущи и юридическому лицу. Так, например, О.А. Дюжева пишет: «Однако честь и достоинство всякой общности могут подлежать гражданско-правовой защите только в том случае, если общность эта обладает правами юридического лица»13. Вероятно, речь идет о том, что юридическое лицоэто искусственное, фиктивное образование, а фактически за ним стоят конкретные физические лицаучастники или коллектив, честь и достоинство которых, несмотря на предусмотренную законом (ст. 150 ГК РФ) неотчуждаемость и непередаваемость, каким-то образом перешли к юридическому лицу. Однако Е.А. Суханов обращает внимание на специфические качества юридического лица: «... его юридическая личность является вполне самостоятельной, независимой от личности создавших его лиц и не сводится к ней. Поэтому такой субъект выступает в обороте от своего собственного имени, а не от имени своих участников, и приобретенные им гражданские права и обязанности принадлежат именно ему, а не его участникам»14. С этим можно полностью согласиться, потому что с нашей точки зрения честь и достоинство, присущие, например, акционерам, не могут перейти к созданному ими акционерному обществу.

А.Л. Анисимов также считает, что «честью, достоинством и деловой репутацией наделены не только физические лицаиндивиды, гражданепредприниматели, но и юридические лица, в целом...»15. ТА. Фаддеева полагает, что честьэто «объективная оценка личности, определяющая отношение общества к гражданину или юридическому лицу, это социальная оценка моральных и иных качеств личности»16. С утверждением, что честь и достоинство имеют отношение к юридическому лицу, мы не можем согласиться, поскольку честь и достоинствокатегории, характеризующие исключительно человеческую личность и к формально-юридической конструкции юридического лица они никак не применимы.

В практическом плане эта проблема была разрешена еще в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 18 августа 1992 г.11 «О некоторых вопросах, возникших при рассмотрении судами дел о защите чести и достоинства гражданина, а также деловой репутации граждан и юридических лиц»17, где, как видно даже из названия постановления, высший судебный орган страны исходит из того, что категории чести и достоинства присущи только гражданам, а в отношении юридических лиц речь идет исключительно о деловой репутации.

В то же время, в ст.57 Закона о СМИ упоминается, о «чести и достоинстве граждан и организаций», что противоречит норме ст. 152 ГК РФ, признающей право на честь и достоинство только за гражданами, а право на деловую репутациюза гражданами и юридическими лицами. Считаем, что ст. 57 Закона о СМИ в названном выше смысле следует привести в соответствие со ст. 152 ГК РФ. Предлагается следующая уточненная редакция ч.1 ст.57 Закона о СМИ: «Редакция, главный редактор, журналист не несут ответственности за распространение сведений, не соответствующих действительности и порочащих честь и достоинство граждан, а также деловую репутацию граждан и юридических лиц, либо ущемляющих права и законные интересы граждан, либо представляющих собой злоупотребление свободой массовой информации и (или) правами журналиста...».

При несомненных различиях в нюансах сторонники приведенных выше точек зрения едины в одном, что честь есть категория, определяющая общественную оценку личности.

В отличие от них, С.В. Нарижний понимает «под достоинствомобщественную оценку человека», «под честьюего личную самооценку»18, то есть он меняет местами общепринятые понятия чести и достоинства, правда, не приводит при этом своих доводов.

Анализ приведенных выше точек зрения приводит нас к выводу, что честьэто морально-правовая категория позитивно-объективного характера, определяющая общественную оценку личности. Честь относится к нематериальным благам и определяется как сопровождающееся положительной оценкой отражение качеств лица в общественном сознании. При этом в отношении каждого лица действует презумпция наличия чести. То есть, необходимо исходить из того, что человек не совершил отрицательно характеризующих действий и обладает честью. Это еще раз подтверждает объективный характер понятия «честь», имеющего равный объем для разных лиц.

Указанная презумпция порождает необходимость доказывания правдивости распространенных о лице порочащих сведений. Унижение чести предполагает, что существует возможность изменения общественного мнения о лице в худшую сторону.

В некоторых случаях честь и достоинство лица имеют настолько важное значение, что закон ставит возможность осуществления той или иной деятельности в зависимости от наличия у лица высоких моральных качеств. И здесь умаление чести и достоинства могут послужить основанием для применения к нему мер ответственности. Так, п. 2 ст. 3 Закона РФ от 26 июня 1992 г. «О статусе судей в Российской Федерации»19 требует, чтобы судья при исполнении своих полномочий, а также во внеслужебных отношениях избегал всего, что могло бы умалить авторитет судебной власти, достоинство судьи или вызвать сомнение в его объективности, справедливости и беспристрастности. Здесь мы уже встречаем специальный случай, в котором упоминается не о достоинстве личности, вообще, а о требованиях более высокого порядка. Потому приведенная норма использует термин «достоинство судьи». Соответственно, п.4 ст. 1 Кодекса чести судьи Российской Федерации закрепляет правило, согласно которому судья в любой ситуации должен сохранять личное достоинство, заботиться о своей чести, избегать всего, что могло бы причинить ущерб репутации и поставить под сомнение его объективность и независимость при осуществлении правосудия. П.6 ст.3 данного Кодекса требует, чтобы судья избегал любых личных связей, которые могут причинить ущерб репутации, затронуть его честь и достоинство. Таким образом, в данном случае сам правообладатель должен принимать все меры к охране чести и достоинства. В качестве санкции за совершение нарушающих указанные нормы поступков в профессиональной деятельности и в быту п.3 ст.4 Кодекса закрепляет норму, согласно которой за совершение проступка, позорящего честь и достоинство судьи, умалившего авторитет судебной власти, квалификационная коллегия судей может прекратить его полномочия в порядке, предусмотренном Законом РФ «О статусе судей в Российской Федерации».

Проступком же, позорящим честь и достоинство судьи, признается такое действие или бездействие, которое, хотя и не является преступным, но по своему характеру несовместимо с высоким званием судьи. Соответственно, не каждый проступок, порочащий честь и достоинство судьи, может опорочить честь и достоинство гражданина, вообще. Для защиты таких «квалифицированных видов чести и достоинства» могут быть использованы те же средства защиты, которые используются для защиты соответствующих категорий более общего порядка.

Таким образом, категории «честь» и «достоинство», требующие дальнейшего и более глубокого научного осмысления, в зависимости от конкретной ситуации, от их носителя, могут иметь различное содержание и рассмотрение каждого иска о защите таких нематериальных благ требует индивидуального подхода.

1.2 Достоинство как объект гражданского правоотношения

Как и честь, достоинство относится к числу моральных категорий, основным содержанием которого является положительное качество, понимаемое как «совокупность свойств», характеризующих высокие моральные качества, а также сознание ценности этих свойств и уважения к себе. С этим же значением достоинство имплементировано в понятийный правовой аппарат: достоинствоэто самооценка личности (честь, напомним, внешняя оценка моральных качеств личности), ощущение человеком своей ценности как человека, вообще, как конкретной личности, обладающей профессиональными и иными, характеризующими ее положительными качествами. Законодатель включает достоинство в число нематериальных благ, защищаемых законом.

Честь и достоинство связаны между собой как оценка и самооценка, как общественное уважение и самоуважение. В Открытом письме Владимира Владимировича Путина к российским избирателям подчеркивается: «Наш приоритет – это возрождение личного достоинства граждан во имя высокого национального достоинства страны. Такой приоритет подкрепляется нормами международного права. В преамбуле Всеобщей декларации прав человека 1948 года, отмечается, что «признание достоинства, присущего всем членам человеческой семьи, и равных и неотъемлемых прав их является основой свободы, справедливости и всеобщего мира». Статья 1 провозглашает ведущую идею естественно-правовой доктрины: «Все люди рождаются свободными и равными в своем достоинстве и правах. Они наделены разумом и совестью и должны поступать в отношении друг друга в духе братства». Таким образом, достоинство является ключевым понятием в международных актах о правах человека. Особо подчеркнем признание равенства достоинства всех людей и его возникновения с момента рождения.

Конституция РФ в ст. 21 провозглашает: «Достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления». Нормы, направленные на охрану чести и достоинства, получили закрепление и в отраслевом российском законодательстве. Так, например, ст.9 УПК РФ озаглавлена «Уважение чести и достоинства личности». В пункте 1 этой статьи отмечается, что «в ходе уголовного судопроизводства запрещаются осуществление действий и принятие решений, унижающих честь участника уголовного судопроизводства, а также обращения, унижающие его человеческое достоинство либо создающие опасность для его жизни и здоровья».

Согласно п. 2 ст. 3.1 Кодекса РФ об административных правонарушениях20, административное наказание не может иметь своей целью унижение человеческого достоинства физического лица, совершившего административное правонарушение, или причинение ему физических страданий, а также нанесение вреда деловой репутации юридического лица.

В п.2 ст.3 Закона РФ от 26 июня 1992 г. «О статусе судей в Российской Федерации»21 содержится требование о том, чтобы судья при исполнении своих полномочий, а также во внеслужебных отношениях избегал всего, что могло бы умалить авторитет судебной власти, достоинство судьи или вызвать сомнение в его объективности, справедливости и беспристрастности. Здесь мы сталкиваемся со специальной нормой, которой регулируется не достоинство личности, вообще, а его «профессиональный» вид.

В Философском энциклопедическом словаре чувство собственного достоинства определено как самоуважение, с которым человек относится к себе как к личности. М.В. Баглай отмечает, что «достоинство человека равнозначно праву на уважение и обязанности уважать других. Оно достигается развитием личности, осознающей свою свободу, равенство и защищенность. Достоинство превращает человека из объекта воздействия в активного субъекта правового государства»22. По мнению Г.П. Савичева, «достоинство личности (гражданина или организации) выражается в самооценке личности, т. е. на первый план выдвигается субъективный факторсамооценка»23. В этом определении, наряду с бесспорностью утверждения о том, что достоинствоэто самооценка личности, содержится обусловленное временем издания учебника утверждение относительно того, что честь и достоинство принадлежит не только личности человека, но и организации, юридическому лицу. На самом деле, честь и достоинство, как мы уже отмечали,категории, присущие исключительно человеческой личности, способной испытывать не только физические, но и нравственные страдания. Поэтому юридические лица имеют право только на защиту своей деловой репутации.

Н.К. Рудый считает, что достоинствоэто «самооценка личности, осознание ею своих личных качеств, способностей, мировоззрения, выполненного долга и своего общественного значения. Самооценка должна основываться на социально значимых критериях оценки моральных и иных качеств личности. Достоинство определяет субъективную оценку личности»24. Л.О. Красавчикова под достоинством подразумевает «известную самооценку личностью своих моральных, деловых и иных социальных качеств»25. А.М. Эрделевский понимает под достоинством «сопровождающееся собственной положительной оценкой отражение качеств лица в его сознании»26. В данном случае речь идет о положительной самооценке личности, унижение которой в собственных глазах невозможно. Но, если достоинство по определению может быть только со знаком «плюс», тогда оказывается неточной формулировка «унижение достоинства». Представляется, что в конституционной норме (ст. 21) оправданно речь идет не об унижении, а об умалении достоинства, так как нельзя унизить человека в его собственных глазах, поэтому правильнее было бы говорить не об «унижении чести и достоинства», а об унижении чести и умалении достоинства.

Личное достоинство связывается с философской категорией ценности и определяется как объективное свойство личности, ее социальная ценность, складывающаяся из духовных, физических и нравственных качеств. Человек чувствует и осознает свою социальную ценность, иначе говоря, обладает чувством и сознанием собственного достоинства. Значит, посягательство происходит не на само достоинство (его невозможно ни отнять, ни уменьшить), а на чувство достоинства. Оно заключается в направленных по адресу потерпевшего активных действиях, выражающих открытое неуважение к его личности. При этом предполагается, что смысл этих действий дошел до сознания потерпевшего, и человеческое «я» унижено, а гордость как высшее проявление чувства личного достоинства уязвлена. Типичным примером такого посягательства является оскорбление.

М.Л. Гаскарова, анализируя современное содержание понятия «достоинство», пришла к выводу, что «оно основывается на том, что в каждой личности признается ценность человека, вообще (человеческое достоинство), ценность личности как совокупность ее неповторимых черт (личное достоинство), ценность личности как представителя определенной общности людей и, наконец, сознание и чувство собственного достоинства»27. На наш взгляд, все перечисленные проявления достоинства охватываются его общим понятием и подлежат правовой защите на общих основаниях.

Интересную мысль в отношении судебной защиты достоинства высказал Ю.В. Молочков. «Достоинство,пишет он,фактически защищается в той степени, в которой оно (как самооценка) оказалось «оправданным» с точки зрения общественного представления о нравственной ориентации личности, о действительных достоинствах и недостатках человека»28. При этом Ю.В. Молочков отмечает, что «не имеет значения для права то, что человек о себе думает, как оценивает себя до тех пор, пока не установлено соответствие этой самооценки с тем, как его воспринимает социум»29. То есть, сутью судебной защиты достоинства, по Ю.В. Молочкову, является установление соответствия субъективной самооценки себя личностью объективной общественной оценке. Но от этого главнаясубъективнаясоставляющая достоинства не уходит на второй план, поскольку все равно достоинство определяется собственным осознанием личности. В конечном счете, сама личность, а не суд определяет, умалено достоинство личности или нет. Суд же исходит из установки закона (презумпции) о том, что распространение ложных, порочащих сведений всегда умаляет достоинство личности, поэтому главным юридически значимым обстоятельством по любому гражданскому делу о диффамации является определение порочности и ложности сведений. Степень умаления достоинстванравственные страдания» —ст. 151 ГК РФ) учитывается судом только при определении размера компенсации морального вреда как одной из форм гражданско-правовой ответственности за диффамационный деликт, но не как объективная категория, а как субъективное отношение личности к совершенному в отношении нее диффамационному правонарушению.

Таким образом, достоинствоэто самооценка личности, ощущение человеком своей ценности как человека, вообще, как конкретной личности, обладающей профессиональными и иными, характеризующими ее положительными качествами, относимая законодательством к категории нематериальных благ.

1.3 Понятие деловой репутации как объекта гражданского правоотношения

Впервые в новейшем гражданском законодательстве нашей страны деловая репутация была упомянута в п. 1 ст. 7 Основ гражданского законодательства Союза ССР и союзных республик 1991 года. В соответствии с Основами, деловая репутация защищается точно так же, как и базовые нематериальные благачесть и достоинство.

Часть первая Гражданского кодекса Российской Федерации не содержит принципиальных отличий от Основ по рассматриваемому предмету. Деловая репутация, таким образом, определяется как нематериальное благо, защита которого может осуществляться в судебном порядке.

Понятие репутации (вообще) в гражданском законодательстве отсутствует, есть лишь понятие деловой репутации. При этом с социально-философской точки зрения репутацияэто сложившееся о лице мнение, основанное на оценке общественно значимых его качеств, то деловая репутацияоценка его профессиональных качеств.

По Словарю иностранных слов, репутация означает создавшееся общее мнение о достоинствах или недостатках кого-либо, чего-либо, то есть, приобретенную общественную оценку. А.П. Сергеев предлагает рассматривать репутацию в качестве категории, отражающей всестороннее восприятие человека другими людьми. Защита репутации, соответственно, должна охватывать целый ряд правовых средств, включая невмешательство в частную жизнь, должную персонификацию и неприкосновенность внешнего облика гражданина. Однако в ст. 152 ГК РФ столь широкое понимание репутации не нашло отражения.

Как отмечает М.Н. Малеина, деловая репутацияпонятие видовое, она представляет собой набор качеств и оценок, с которыми их носитель ассоциируется в глазах своих контрагентов, клиентов, потребителей, коллег по работе, избирателей и персонифицируется среди других профессионалов в этой области деятельности. Практически также понимает деловую репутацию В.В. Долинская30.

Т.А. Фаддеева определяет деловую репутацию как оценку профессиональных качеств. По мнению А.М. Эрделевского, деловая репутацияэто сопровождающееся положительной оценкой общества отражение деловых качеств лица в общественном сознании31. Ю.Иваненко пишет, что под деловой репутацией, как гражданина, так и юридического лица, «следует признать приобретаемую им общественную оценку о качествах, достоинствах и недостатках, относящихся к его работе и профессиональной деятельности»32. При этом он справедливо отмечает, что деловая репутация, «в отличие от таких благ, как честь и достоинство, может иметь не только положительное содержание, но и отрицательно характеризовать ее обладателя». Однако нам представляется излишним в рамках данной работы исследовать деловую репутацию как отрицательную характеристику ее обладателя, поскольку объектом судебной защиты, по смыслу ст. 152 ГК РФ, является деловая репутация, сопровождающаяся положительной общественной оценкой. Только такая деловая репутация может ущемляться распространением порочащих, не соответствующих действительности сведений.

Отличное от большинства исследователей понятие деловой репутации сформулировала И.Л. Марогулова, по мнению которой «деловая репутация является одной из частей, входящих в понятие «честь». Понятие чести гораздо шире понятия деловой репутации»33. С таким мнением вряд ли можно согласиться. Честь и деловая репутация указаны в ст. 150,152 ГК РФ как самостоятельные нематериальные блага, подлежащие гражданско-правовой охране и судебной защите. Они имеют определенное сходство, выражающееся в том, что их основным признаком является общественная оценка качеств лица. Однако честь и деловая репутация принципиально отличны друг от друга по характеру тех качеств, которые подлежат оценке для определения каждой из них.

Как следует из ст. 150 ГК РФ, нематериальные блага и личные неимущественные права, в том числе деловая репутация, принадлежат человеку от рождения. Отметим в этой связи, что защита деловой репутации младенца представляется малоперспективной.

В п. 7 ст. 152 ГК РФ определено, что наряду с деловой репутацией граждан подлежит защите и деловая репутация юридических лиц. Деловая репутация принадлежит юридическому лицу с момента его образования и составляет неотъемлемую часть его правоспособности.

Пункт 7 ст. 152 ГК РФ гарантирует юридическому лицу право требовать по суду опровержения сведений, порочащих его деловую репутацию, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности. Названное положение распространяет правила данной защиты деловой репутации гражданина и на случаи защиты репутации юридического лица, под которой следует признать приобретаемую им общественную оценку о качествах, достоинствах и недостатках, относящихся к его работе и профессиональной деятельности.

С момента создания юридического лица все, что, так или иначе, относится к его существованию, влияет на формирование общего представления о его репутации, которая, в отличие от таких благ, как честь и достоинство, может иметь не только положительное содержание, но и отрицательно характеризовать ее обладателя. Сведения о юридическом лице, составляющие его репутацию, могут быть достоянием различного круга лиц, в зависимости от того, насколько информация о нем носила или носит публичный характер и представляет интерес для ознакомления с его деятельностью. Так, одни юридические лица у всех «на виду» и «на слуху», деятельность других известна лишь узкому или случайному кругу лиц, о третьих же бывают информированы практически исключительно только государственные органы (структуры, занимающиеся их государственной регистрацией, ведущие реестр налогоплательщиков и т. д.).

Репутация формируется, главным образом, благодаря публичной деятельности, открыто распространяемой информации, а также благодаря ставшим в силу различных причин известными сведениям, которые нередко скрываются самой организацией во избежание дискредитации или охраняются ею с использованием режима служебной и коммерческой тайны. Однако не всякая информация о юридическом лице может быть по желанию последнего законным образом ограничена или полностью закрыта для ознакомления с нею третьих лиц. Федеральным законом от 29 июля 2004 г.98-ФЗ «О коммерческой тайне»34 (ст.5) четко определено, что к разряду коммерческой тайны не может быть отнесена, например, деловая информация, касающаяся учредительных документов (решение о создании предприятия или договор учредителей) и устава; документов, дающих право заниматься предпринимательской деятельностью (регистрационные удостоверения, лицензии, патенты); сведения о финансово-хозяйственной деятельности и иные сведения, необходимые для проверки правильности исчисления и уплаты налогов и других обязательных платежей в бюджет и т. д. В то же время, положения указанного Закона не распространяются на сведения, относимые в соответствии с международными договорами к коммерческой тайне, а также на сведения о деятельности предприятия, которые по действующему законодательству составляют государственную тайну.

Из существующих законных форм защиты информации, к числу которых относят патентование, использование норм авторского права, применение правовых норм об обязательствах, только сокрытие информации, составляющей коммерческую тайну, направлено на ограничение полных сведений о деятельности организации.

Наряду с негативной информацией об организации, огласка которой ей нежелательна, существуют сведения, умышленно распространяемые и представляющие собой исключительно позитивные, хвалебные отзывы о ней. Как правило, в этом случае речь идет о спланированной рекламной кампании.

Информация о юридическом лице, касающаяся общественной оценки его деловой репутации, имеет двоякое происхождение. С одной стороны, она воспринимается в результате ее публичного распространения, в том числе посредством рекламы. С другой стороны, это результат достоверно получаемых сведений, касающихся фактической деятельности организации. В юридической литературе отмечалось, что формирование общественной оценки деловой репутации не должно строиться на желаемом и приукрашенном поведении, поскольку заинтересованные лица могут выяснить истинную репутацию организации.

В настоящее время деловая репутация юридических лиц играет все большую роль в формировании отношений, складывающихся между участниками гражданского оборота. В ряде случаев на особый характер правоотношений указывает даже их наименование (например, «доверительное управление имуществом», урегулированное ст. 1012-1026 ГК РФ п.3 ч.2 ст. 5 Федерального закона «О банках и банковской деятельности»35).

В последние годы российская рыночная экономика характеризуется возрастающей деловой активностью многочисленных кредитных организаций. В связи с этим, государство обеспечивает формирование объективной общественной оценки в отношении деловой репутации того или иного юридического лица. Так, согласно ст. 42 Федерального закона «О банках и банковской деятельности», деятельность кредитной организации подлежит ежегодной проверке аудиторской организацией, имеющей лицензию на осуществление таких проверок. При этом аудиторская организация обязана составить заключение о результатах проверки, содержащее сведения о достоверности финансовой отчетности кредитной организации, выполнении ею обязательных нормативов, установленных Банком России, качестве управления кредитной организацией, состоянии внутреннего контроля и другие положения, определяемые федеральными законами и ее уставом. Заключение направляется в Банк России, а кредитная организация, в соответствии со ст. 43 Закона, обязана опубликовать в открытой печати годовой отчет (включая бухгалтерский баланс и отчет о прибылях и убытках) в форме и сроки, которые устанавливаются Банком России, после подтверждения его достоверности аудиторской организацией. Аналогичные требования предъявляются и к деятельности страховых организаций (страховщиков), обязанных, согласно ст.29 Федерального закона «Об организации страхового дела в Российской Федерации», публиковать годовые балансы и счета прибылей и убытков в сроки, установленные Федеральной службой России по надзору за страховой деятельностью, после аудиторского подтверждения достоверности содержащихся в них сведений.

Поскольку для организаций деловая репутация является одним из основных нематериальных благ, законодатель уделяет более пристальное внимание регулированию отношений по поводу деловой репутации юридических лиц36. Так, деловая репутация в качестве нематериального блага относится к нематериальным активам коммерческих организаций.

Согласно ст. 1027 ГК РФ, «по договору коммерческой концессии одна сторона (правообладатель) обязуется предоставить другой стороне (пользователю) за вознаграждение на срок или без указания срока право использовать в предпринимательской деятельности пользователя комплекс исключительных прав, принадлежащих правообладателю... Договор коммерческой концессии предусматривает использование комплекса исключительных прав, деловой репутации...».

На основании ст. 1042 ГК РФ, деловая репутация может быть вкладом товарища в общее дело по договору простого товарищества. Денежная оценка вклада товарища производится по соглашению между товарищами.

В силу ч.3,4 ст.60 Федерального закона «О Центральном банке Российской Федерации (Банке России, Банк России вправе запрашивать и получать информацию о финансовом положении и деловой репутации участников (акционеров) кредитной организации в случае приобретения ими более 20 процентов долей (акций) кредитной организации.

Таким образом, деловая репутация в установленных законом случаях учитывается как правовая категория, умаление которой несет для участников хозяйственного оборота правовые последствия негативного характера. С учетом этого правильным представляется вывод о том, что деловая репутация, по сути, относится к нематериальным активам юридического лица, а право на нее сравнимо в юридическом плане с правом на интеллектуальную собственность. Следовательно, возможна приблизительная материальная (денежная) оценка деловой репутации.

Западные страны, особенно относящиеся к англо-саксонской системе права, широко используют деловую репутацию в коммерческом обороте, обычно обозначая ее термином «goodwill», являющимся сегодня широко употребимым в международной коммерческой практике.

С учетом этого в традиционное понимание деловой репутации как нематериального блага следует внести существенную коррективу, допускающую квалификацию деловой репутации предприятия или предпринимателя без образования юридического лица как их нематериальных активов. Тогда возникает резонный вопрос, относится ли деловая репутация, входящая в состав нематериальных активов юридического лица или гражданинапредпринимателя, к числу личных неимущественных благ, указанных в ст. 150 ГК РФ и подлежит ли такая деловая репутация судебной защите от диффамации на основании ст. 152 ГК РФ. А.М. Эрделевский пришел к выводу, что «деловая репутация гражданпредпринимателей, которая может быть предметом договора коммерческой концессии, не относится к числу личных неимущественных благ в смысле ст. 150 ГК РФ и не может защищаться путем компенсации морального вреда»37. Мы придерживаемся противоположной точки зрения, разделяя позицию М.Н.Малеиной. Статьи 150, 152 ГК РФ, в которых деловая репутация указана в качестве нематериального блага, подлежащего защите, не содержат какой-либо градации деловой репутации и каких-либо изъятий для отдельных проявлений деловой репутации в части судебной защиты от диффамации. Поскольку умаление деловой репутации для субъектов предпринимательской деятельности, как правило, связано, в конечном счете, с их имущественным статусом, то следует считать деловую репутацию неимущественным благом, связанным с имущественным38.

В отличие от доброго имени и «просто» репутации, которые относятся к числу личных неимущественных прав, «деловая репутация» является личным имущественным правом или неимущественным правом, тесно связанным с имущественными правами, то есть относится к числу гражданских прав. «В негативном смысле право на защиту чести может быть гарантировано посредством защиты либо достоинства, либо доброго имени и репутации лица»39.

В юридической литературе высказано мнение, что понятие деловой репутации в гражданско-правовом смысле слова применимо только к физическим и юридическим лицам, участвующим в деловом обороте. Это понятие не равнозначно, не синонимично понятию служебной или профессиональной репутации либо понятию престижа, авторитета и т. п. Нередко такая точка зрения проявляется в судебной практике, хотя в ст. 152 ГК РФ упоминается о «деловой репутации гражданина» и о «деловой репутации юридического лица». При этом, каких-либо оговорок о том, что речь идет о гражданине, зарегистрированном в качестве предпринимателя без образования юридического лица, или о юридическом лице исключительно как о коммерческой организации, ст. 152 ГК РФ не содержит. Это позволило К.Б. Ярошенко сделать вывод о том, что «деловой репутацией может обладать любой гражданин, в том числе занимающийся предпринимательской деятельностью, а также любое юридическое лицо: коммерческая и некоммерческая организация, государственные и муниципальные предприятия, учреждения и др.»40.

Однако нам представляется, что деловой репутацией могут обладать не все субъекты гражданского права, а лишь лица, осуществляющие социально значимую деятельность. Не могут иметь деловой репутации неработающие пенсионеры, инвалиды, не имеющие физической возможности заниматься каким-либо делом, домохозяйки и т. д.

Строго говоря, деловой репутацией в собственном смысле слова могут обладать граждане, осуществляющие предпринимательскую деятельность, и юридические лица. Косвенным подтверждением такой точки зрения может служить закрепленное в п.1 ст. 5 ГК РФ определение обычая делового оборота как правила поведения, применяемого в какой-либо области предпринимательской деятельности.

Конечно, было бы большой ошибкой ограничиваться законодательной защитой только деловой репутации предпринимателей. На защиту своей репутации вправе рассчитывать и педагоги, и адвокаты, и врачи, и механики, и государственные служащие, и многие другие. Но содержанием такой репутации является оценка не деловых (предпринимательских), а профессиональных и служебных качеств гражданина. Эту репутацию точнее было бы называть не деловой, а профессиональной или служебной.

Поскольку ни профессиональная, ни служебная репутация в законе специально не упоминаются, разумно на практике расширить понятие деловой репутации, включив в нее и профессиональную, и служебную. В дальнейшем во избежание возможных недоразумений при рассмотрении конкретных дел полагаем целесообразным рассмотреть вопрос о внесении необходимых изменений в ГК РФ и предусмотреть в нем возможность защиты профессиональной и служебной репутации граждан.

Судебная защита репутации гражданина как целостного блага, по мнению автора, откроет широкие возможности для всесторонней охраны личности, поскольку к числу посягательств на данное благо, наряду с распространением порочащих, не соответствующих действительности сведений, можно будет отнести нарушение любого субъективного права. Так как право на защиту репутации не имеет законодательной основы, необходимо ее создать посредством введения в главу 8 ГК РФ «Нематериальные блага и их защита» отдельной статьи, целиком посвященной его реализации.

Поскольку доброе имя гражданина, названное в числе нематериальных благ, выступает средством индивидуализации репутации, отпадет необходимость его выделения в качестве самостоятельного объекта защиты, так как целью восстановления репутации является, прежде всего, восстановление доброго имени. Исключение необходимо сделать для защиты репутации гражданина после его смерти, что предполагает, в конечном счете, восстановление именно доброго имени умершего. Поэтому ч. 2 п. 1 ст. 152 ГК РФ целесообразно изложить в следующей редакции: «По требованию заинтересованных лиц допускается защита доброго имени гражданина после его смерти».

Итак, к числу наиболее значимых признаков деловой репутации большинство авторов относит ее публичный характер, то есть общественную оценку деловых и профессиональных качеств конкретного лица, а также позитивный характер деловой репутации, то есть то, что судебной защите подлежит деловая репутация, сопровождающаяся положительной оценкой. Исходя из этого, мы полагаем, что деловая репутация является разновидностью репутации, вообще. Репутацияэто сложившееся о лице мнение, основанное на оценке общественно значимых его качеств. Деловая репутацияэто оценка профессиональных качеств, поэтому ее следует отнести к неимущественным благам, связанным с имущественными. Деловой репутацией может обладать как гражданин, занимающийся предпринимательской деятельностью, так и юридическое лицо. Деловая репутация, в отличие от чести и достоинства, может быть как положительной, так и отрицательной. Несмотря на то, что деловая репутация относится к числу нематериальных благ, она имеет присущую только ей особенностьвозможность передачи и материальной оценки.


Глава 2. Проблемы гражданско-правовой защиты чести, достоинства и деловой репутации

2.1. Юридико-фактическая форма механизма гражданско-правового регулирования отношений, возникающих по поводу чести и деловой репутации граждан

Юридико-фактической формой, служащей основанием для возникновения отношения по защите чести и деловой репутации, является правонарушение, то есть, действия, направленные на распространение не соответствующих действительности сведений, порочащих честь и деловую репутацию гражданина. Указанные действия могут и не причинить кому-либо имущественного вреда, однако правоохранительное отношение возникает, что обусловлено, прежде всего, характером самих благ и отношений, возникающих по поводу этих благ.

Исходя из содержания ст. 152 ГК РФ (а ранее ст.7 Основ гражданского законодательства и ст.7 ГК РСФСР), для возникновения правоохранительного отношения по защите чести и деловой репутации граждан традиционно в науке гражданского права принято выделять следующий юридический состав: распространение сведений, несоответствие сведений действительности, порочащий характер этих сведений41.

Однако представляется, что данный подход по определению состава юридических фактов не отражает действительного состава, необходимого для наступления последствий, предусмотренных в соответствующей статье ГК РФ. Представляется, что подобное положение недопустимо для общества, провозгласившего одной из целей своего существования построение правового государства.

В связи с изложенным, необходимо устранить правовой дисбаланс между ст. 151 ГК РФ (компенсация морального вреда) и ст. 1101 ГК РФ (способ и размер компенсации морального вреда), т. к. ст. 151 ГК РФ устанавливает возможность денежной формы компенсации указанного вреда, а ст. 1101.1 ГК РФ ее обязательность. Вместе с тем, полагаем необходимым законодательное закрепление в нем следующего положения: «В порядке, предусмотренном Гражданским кодексом РФ, не подлежит компенсации моральный вред, причиненный в результате распространения порочащих сведений, содержащихся в официальных документах, для обжалования которых законодательством предусмотрен иной порядок»42.

Таким образом, юридический состав, необходимый для реализации механизма гражданско-правовой защиты указанных нематериальных благ, должен включать совокупность следующих юридических фактов:

  1.  распространение сведений;
  2.  порочащий характер данных сведений;
  3.  несоответствие указанных сведений действительности;
  4.  отсутствие особого, предусмотренного законом, порядка обжалования распространенных сведений.

Проблемы гражданско-правовой защиты чести, достоинства

До начала анализа юридического состава представляется необходимым установить, что включает в себя сам термин «сведения»? Данный вопрос заслуживает особого внимания, поскольку, во-первых, все элементы юридического состава, так или иначе, связаны с этим понятием; во-вторых, в последние годы в правоприменительной практике возникло множество проблем, связанных с вопросом, что понимать под сведениями. Все это вызвало появление большого количества статей43 и даже монографических исследований, написанных часто не юристами, а журналистами и лингвистами по отдельным аспектам данного вопроса.

Существо проблемы можно кратко изложить следующим образом: допустимо ли в порядке, предусмотренном ст. 152 ГК РФ, оспаривать оценочные суждения и суждения (сообщения) о фактах или только последние?

Одни авторы указывают, что «следует различать сведения, касающиеся фактов, и сведения, относящиеся к оценке фактов. Если кто-либо сообщает о фактах (поступках, действиях), которые имели место в поведении данного гражданина, но при этом полагает, что они заслуживают отрицательной моральной оценки, нельзя понуждать его в судебном или ином порядке к отказу от подобной оценки. Однако не всякий факт, даже имеющий отрицательное значение, опорочивает честь и достоинство гражданина. Честь и достоинство гражданина выражаются только в таких фактах, которые могут быть объектом общественной морально-политической оценки и оцениваются как положительные или отрицательные с моральной точки зрения»44.

Другие авторы45 пишут о том, что по суду можно опровергать не только сведения о фактах, но также и их оценку, если она сделана в форме порочащих человека характеристик. Обосновывая возможность оспаривания оценочных суждений, достаточно четко высказалась Е.А. Флейшиц: «Есть суждения, которые, будучи по форме оценкой личности, представляют собой, по существу, утверждения фактического характера, высказывания о поступках, о характере деятельности другого лица», и «сообщение об этих поступках облечено в форму оценки или характеристики лица, якобы их совершающего или совершившего»46.

Тем не менее, некоторые авторы47 считают, что необходимо различать способы защиты в случаях утверждения о факте и выражения мнения. В своих рассуждениях А.М. Эрделевский приходит к выводу о том, что как суждение о факте, так и выражение мнения могут умалять честь, достоинство, деловую репутацию либо ущемлять охраняемые законом интересы. Однако способ защиты будет различный. «Если распространенные сведения содержат утверждения о порочащих фактах в открытом или завуалированном виде, то потерпевший вправе требовать опровержения сведений; если права и охраняемые законом интересы гражданина ущемлены путем выражения мнения, он вправе требовать опубликования ответа в тех же средствах массовой информации и показать несостоятельность выраженного мнения или иным способом защитить себя»48. При этом автор предлагает: «В случаях, когда суд не может определить, является ли содержание сообщения утверждением о факте или выражением мнения, следует сделать вывод, что имело место сообщение о факте»49. Представляется, что с подобным положением нельзя согласиться, так как, во-первых, возможность осуществления гражданами судебной защиты своих прав будет поставлена в зависимость от мнения суда в каждом конкретном случае, а, во-вторых, в самой статье 152 ГК РФ не делается разграничения между сведениями о фактах и оценках.

В результате деятельности суда происходит лишь верификация суждений ответчика на истинность. В данном случае факт выступает как явление, имевшее место в реальной действительности. Можно сделать вывод о том, что по анализируемой категории дел первичное значение имеют юридические факты как явления реальной действительности, с которыми нормы права связывают юридические последствия. В зависимости от того, имело место в реальной действительности определенное явление (а, соответственно, является ли истинным суждение ответчика) или нет, возможна реализация механизма гражданско-правовой защиты чести и деловой репутации.

При опосредованном восприятии юридических фактов имеет место суждение о факте. Однако данное суждение не имеет самостоятельного значения и не становится независимым от того факта, порождением которого оно является.

В литературе высказывается следующее мнение: если суждение о факте невозможно верифицироватьэто недостоверный факт50. С таким взглядом сложно согласиться, так как факт есть явление реальной действительности.

Следовательно, у него может быть только одно свойствобыть или не быть. Если он существует, то ни о какой недостоверности не может быть и речи. В случае, если факта нет, то вести речь о его достоверности или недостоверности нельзя, так как отсутствует явление реальной действительности, к которому можно применить подобные категории.

Отдельные авторы51 приводят пример оценочного суждения, которое нельзя верифицировать: с использованием названий животных. Чтобы установить истинность этого суждения, необходимо ответить на вопрос: возможно ли установить, является определенное существо животным или нет? Считаем, что авторы заблуждаются, заняв вышеизложенную позицию.

Существуют так называемые «факты, не подлежащие доказыванию». К их числу относятся общеизвестные факты: в частности, значение слов, известных для каждого. Поскольку оскорбительное (порочащее) значение выражения с использованием названия животного всем известно, верифицировать его, т. е. устанавливать истинность не следует.

Следовательно, среди суждений можно выделить оценочные и не содержащие оценки (явной). Суждения, не содержащие оценки, делятся на две подгруппы: истинные и неистинные. Истинные сужденияэто суждения, отражающие явления реальной действительности так, как они есть на самом деле. Неистинныеэто суждения, ненадлежащим образом отражающие явления реальной действительности, а, следовательно, не соответствующие последней. В случае, если последние носят порочащий характер, появляются основания для защиты чести и деловой репутации в порядке, предусмотренном ст. 152 (ст. 1101) ГК РФ.

Оценочные суждения могут, как содержать сведения порочащего характера, так и не содержать таковых. Если оценочные суждения содержат сведения порочащего характера и оценка произведена, вопреки сложившимся общественным отношениям, появляется возможность требовать опровержения этих сведений в порядке, предусмотренном ст. 152 ГК РФ.

Суды принимают к рассмотрению заявления об опровержении как сведений, являющихся сообщениями о фактах, так и сведений, содержащих оценку. К примеру, Б. подал исковое заявление об опровержении сведений о том, что он якобы является безграмотным юристом. В данном случае имеет место оценка профессиональных качеств человека. По другому делу Д. просил опровергнуть сведения следующего содержания: «Д. вел себя цинично, и его поведение было недостойно не просто сотрудника, а офицера милиции, и вело к снижению ее авторитета в обществе»52. Следует отметить, что в обоих случаях «оценки» превращаются в факт, если установлена их истинность. Трудно провести четкую грань между суждениями фактического характера и оценочного. Применительно к последним речь идет о реально происходивших событиях, однако, в суждениях о них присутствует оценка. Косвенное подтверждение того, что могут быть оспорены сведения оценочного характера, можно найти в абз.2 п.2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 18.08.1992: «Порочащими являются также не соответствующие действительности сведения, содержащие утверждение о совершении нечестного поступка, неправильном поведении в трудовом коллективе, быту». В данном случае имеет место ничто иное, как оценка поступка в качестве нечестного, а поведения как неправильного, т. е. не соответствующего общепринятым нормам. Следовательно, необходимо сделать вывод о том, что в порядке, предусмотренном ст.152 ГК РФ, возможно оспаривание как сведений фактического характера, так и оценочных суждений.

С учетом изложенного, следует дополнить постановление Пленума Верховного Суда РФ от 18.08.1992 пунктом 3.1. следующего содержания: «В порядке, предусмотренном ст. 1101.2 ГК РФ, могут оспариваться сведения, содержащие как информацию о фактах, так и оценочные суждения (в том числе выражение мнения о профессиональных, социальных качествах лица и т. п.53.

Рассмотрим теперь те элементы юридического состава, которые необходимы для реализации юридической конструкции ст. 152 ГК РФ в рамках охранительного правоотношения.

1. Распространение сведений. В судебной практике под распространением порочащих, не соответствующих действительности сведений, понимают опубликование их в печати, трансляцию по радио или телевидеопрограммам, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в иной, в том числе устной, форме нескольким или хотя бы одному лицу (п.2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 18.08.1992). Подобное понимание анализируемой категории сформировалось под влиянием правоприменительной практики ст. 7 ГК РСФСР (ст. 152 ГК РФ) и глубоких научных разработок, несмотря на высказывание в литературе иного мнения.

Так, некоторые авторы считают возможным предъявление так называемых предупредительных исков, когда одно лицо сообщает другому порочащие последнего сведения, угрожая их распространением более широкому кругу лиц. Данное предложение не было воспринято ни наукой, ни практикой в связи с тем, что, во-первых, законодатель говорит о сведениях уже распространенных; а во-вторых, в случае, если об этих сведениях не знает никто, кроме лица, которого данные сведения непосредственно касаются, и потенциального распространителя, охранительного правоотношения не возникает, поскольку отсутствует его основаниепротивоправность действий причинителя; в-третьих, «в данном случае отпадает всякая необходимость говорить об опозорении, так как отсутствует его существенный элементвлияние сообщения на мнение о пострадавшем третьих лиц»54. По этой причине в п.2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 18.08.1992 подчеркивается, что сообщение таких сведений лицу, которого они касаются, не может признаваться распространением.

Таким образом, под распространением сведений понимают сообщение их любому третьему лицу. Наряду с этим в юридической литературе55 высказывалось мнение, что распространением сведений является доведение их до многих лиц, публичность разглашения. Но наукой гражданского права, а впоследствии и судебной практикой была воспринята вышеизложенная точка зрения. Считаем, что она заслуживает поддержки по следующим причинам.

Формы распространения сведений могут быть различны. В настоящее время распространение порочащих сведений, чаще всего, происходит через средства массовой информации. 

В некоторых случаях порочащие сведения распространяются с использованием листовок.

Таким образом, отсутствие специальных требований к форме распространения не случайно, поскольку важен сам факт их распространения.

Некоторые авторы выделяют случаи, когда сведения были распространены, но их распространение не является противоправным: распространение, входящее в обязанность распространителя или составляющее его право, в том числе, передача любых поступивших тому или иному должностному лицу материалов в соответствующие организации для проверки.

Последнее положение вполне справедливо подверглось критике. Как правильно отметила Л.О. Красавчикова, «статья 7 ГК РСФСР каких-либо уточнений относительно обстоятельств распространения порочащих сведений не содержит, т. е. для законодателя не является юридически значимымвыполнялись ли соответствующие действия в связи с исполнением служебных обязанностей или нет»56.

Некоторые авторы57 считают, что понятие «распространение» при нарушении деловой репутации уже, чем-то же понятие при нарушении чести. При этом возможность защиты деловой репутации связывается с причинением убытков, т. е. каких-либо материальных потерь. В связи с этим, круг субъектов, которым могут стать известны порочащие сведения, ограничивается только теми, от действий которых зависит благополучная профессиональная деятельность соответствующего субъекта. Считаем, что с данной точкой зрения согласиться нельзя по следующим причинам. Во-первых, не всегда имеется возможность определить круг субъектов, до которых дошла соответствующая информация (например, при распространении сведений в средствах массовой информации). Во-вторых, при возникновении вопроса о защите чести круг субъектов, во мнении которых произошло умаление чести лица, не определяется. Всегда могут быть лица, на мнение которых не повлияет распространенная информация о соответствующем субъекте. В противном случае, суду каждый раз приходилось бы устанавливать наличие хотя бы одного человека, в «глазах» которого честь другого была умалена в связи с распространением порочащих сведений.

Увязывание возможности защиты деловой репутации с наличием или отсутствием убытков в результате распространения порочащих сведений также является несостоятельным.

Право на деловую репутацию не является связанным с имущественными правами. Оно подлежит защите независимо от причинения каких-либо убытков материального характера, несмотря на то, что они и не исключаются (ст. 150, п.5 ст. 152 ГК РФ).

Необходимо обозначить еще одну проблему, актуальность которой в ближайшем будущем может значительно возрасти. Эта проблема касается распространения порочащих сведений через компьютерные информационные системы (например, «Интернет»). Данные системы приобретают все большее значение, в том числе в общении между людьми. При распространении порочащих сведений подобным образом возникает ряд вопросов. В данном случае, возможно, будет использоваться механизм «особого» производства, применяемый в том случае, когда ответчик неизвестен. Что касается опровержения, то одним из возможных способов будет помещение в соответствующей компьютерной информационной системе такого опровержения. Другой способопубликование в средствах массовой информации решения суда, указывающего на несоответствие действительности распространенных сведений. Однако традиционные правовые механизмы не эффективны в анализируемом случае. Компьютерные информационные системы позволяют быстро (быстрее чем любые другие способы распространения сведений) и с наименьшими затратами вновь распространить информацию, порочащую другое лицо. Возможно, в данной ситуации придется применять особый механизм (следовательно, и юридическую конструкцию), позволяющий не только опровергать распространенные сведения, но и препятствовать их дальнейшему распространению58.

Проблема состоит в том, что «информационное право» как подотрасль гражданского права (а возможно и когда-нибудь самостоятельная отрасль) находится сейчас в стадии становления, и еще не определены принципы правового регулирования информационных отношений. При разработке последних можно использовать специальный механизм информационного права (в дополнение к гражданско-правовому механизму) для защиты любых нематериальных благ, в том числе и таких, как честь и деловая репутация. Последние, по своей сути, представляют также ничто иное, как информацию, и, таким образом, являются частью информационно-правового пространства. Возможно, с возрастанием роли информации в межчеловеческом общении и средств ее передачи правовое регулирование приобретет информационный характер (хотя и сейчас правовое регулирование можно рассматривать как информационную модель взаимоотношений между людьми). Считаем, что юридические конструкции, как важнейшее «звено» механизма правового регулирования, должны быть разработаны и для информационных отношений. Однако вопросы «информационного права» заслуживают самостоятельного внимания и предметом данного исследования не являются.

. Порочащие сведения. Порочащий характер распространенных сведений является одним из юридических фактов, необходимым для реализации механизма гражданско-правовой защиты чести и деловой репутации. Термин «порочить» определяется как «осуждать, чернить, распространять о ком-либо предосудительные сведения, навлекать позор»59.

Так как право на честь и деловую репутациюэто право на адекватную оценку лица со стороны общества, то, следовательно, порочить честь, деловую репутацию значит распространять такие сведения, которые могут умалить, ухудшить оценку лица в общественном мнении. Оценка формируется и проецируется на основании того, как лицо выполняет свой нравственный долг. «Порочить» честь и деловую репутацию означает признавать «плохим», «негодным» и т. п. выполнение человеком своего нравственного долга.

По смыслу ст. 152 ГК РФ, под сведениями, порочащими честь и деловую репутацию лица, имеются в виду такие сведения, которые могут умалить, ухудшить, испортить репутацию (в широком смысле этого слова) лица в глазах общества или отдельных его членов. Эти сведения, наряду с невыполнением нравственного долга, могут содержать утверждения, что моральные качества гражданина не отвечают нравственным требованиям общества к нему как человеку, вообще, и как представителю определенной социальной общности (пола, профессии и т. д.). Речь может идти о совершении (или несовершенны) определенных действий, о наличии (или отсутствии) определенных моральных качеств.

Требования общества, являющиеся критерием оценки сведений как порочащих, определены в абз. 2 п.2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 18.08.1992, в котором написано, что порочащими являются не соответствующие действительности сведения, содержащие утверждения о нарушении действующего законодательства или моральных принципов, которые умаляют честь и деловую репутацию гражданина. Таким образом, в основе оценки сведений как порочащих лежит критерий нарушения правовых норм и моральных принципов. Необходимо отметить, что в этом случае значение понятия «порочащие сведения» является достаточно «подвижным» в том плане, что с течением времени меняются правовые нормы и моральные принципы, а, соответственно, меняется и содержание указанного понятия. Если сведения носят нейтральный характер, то они не могут быть опровергнуты в порядке, предусмотренном ст. 152 ГК РФ.

Представляется, что наиболее приемлемой является позиция тех авторов, которые указывают, что говорить о практической значимости разграничения понятий «позорящие» и «порочащие» можно лишь в том смысле, что оно дает возможность суду глубже уяснить фактические обстоятельства. Однако, для применения ст. 152 ГК РФ оно не имеет значения. Обязанность по опровержению возлагается на ответчика независимо от того, являются ли сведения порочащими или они еще и позорят определенное лицо. И более того, считаем, что эти понятия синонимичны, поскольку, как уже указывалось, в «Словаре русского языка» С.И. Ожегова порочащие сведения определяются как «навлекающие позор».

Достаточно сложной в настоящее время для разрешения спора является ситуация при распространении сведений о лицах, «совершивших» преступление, но в отношении которых не вступил в законную силу обвинительный приговор суда. В соответствии с ч. 1 ст.49 Конституции РФ, «каждый обвиняемый считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном федеральным законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда». Если до вступления в законную силу соответствующего приговора о гражданине распространяется информация, что он совершил преступление, следовательно, он получает право на опровержение таких сведений. То, что эти сведения являются порочащими, не вызывает сомнения, так как содержат информацию о нарушении норм уголовного закона. 

3. Сведения, не соответствующие действительности. Третьим элементом юридического состава, необходимым для удовлетворения иска о защите чести и деловой репутации, является то, что распространенные, порочащие сведения не соответствуют действительности. Из содержания п. 1 ст. 152 ГК РФ следует, что соответствие сведений действительности исключает противоправность их распространения60.

Определив их, можно ответить на вопрос, какие сведения не соответствуют действительности, так как по своему содержанию они будут противоположны сведениям, соответствующим действительности. Поскольку термин «сведения» имеет двоякое значение, то нужно согласиться с теми авторами, которые предлагают рассматривать понятие «соответствующие действительности» в двух аспектах:61

а) соответствие сообщения (описания) о поступке, действии, событии тому, что происходило в действительности, т. е. как правильность сообщения о факте;

б) как правильность, адекватность моральной оценки событий и т. д., с точки зрения правильной информации об общественных потребностях, сформировавшихся на основе общественных отношений.

Следовательно, в случае спора о сведениях по поводу действий или поведения лица иск может быть удовлетворен, если сообщаемого «факта» не существовало в действительности или же его описание искажено. Если же спор возникает об оценке, то иск может быть удовлетворен, если не окажется доказательств, подтверждающих оценку, и (или) если оценка противоречит той, которая приемлема с точки зрения общества (закона, морали, правил общежития).

Выше уже указывалось, что бремя доказывания соответствия сведений действительности лежит на ответчике. Подобное правило значительно облегчает положение истца в процессе защиты чести и деловой репутации, однако не лишает потерпевшую сторону возможности представлять доказательства о несоответствии действительности распространенных сведений.

В науке гражданского права обсуждался вопрос, касающийся того, могут ли оспариваться сведения, которые соответствуют действительности, но изложены в унижающей честь и деловую репутацию пострадавшего форме? Так, С.А. Чернышева считает, что сведения, не соответствующие действительности, могут оспариваться наряду с формой62. При этом указанный автор понимает под формой как способ распространения, так и характер изложения.

Белявский А.В. и Придворов Н.А. занимают противоположную позицию: «если сведения изложены в оскорбительной форме, в случае соответствия их действительности, оснований для предъявления иска по ст. 7 Основ нет».

В условиях рыночной экономики поддержание на должном уровне деловой репутации, как граждан, так и юридических лиц приобретает особое значение, поскольку этот уровень, зачастую, определяет их реальное экономическое благополучие. Так, например, закрытое акционерное общество обратилось в арбитражный суд с иском к товариществу с ограниченной ответственностью об обязывании последнего опровергнуть сведения, порочащие деловую репутацию истца. В обоснование своих требований акционерное общество указало, что ответчик в целях ограничения деятельности истца на рынке транспортных услуг сообщил фирме, с которой акционерное общество намеревалось создать совместное предприятие, ложную информацию, приведшую к замораживанию отношений между сторонами. В частности, ответчик направил фирме письмо, в котором посоветовал ей не поддерживать с акционерным обществом деловые отношения вследствие его «катастрофического» финансового состояния. При этом указал на «астрономические» долги акционерного общества по налогам, электроэнергии, на задолженность перед третьими лицами по вступившим в законную силу решениям судебных органов. Сообщил об аресте банковских счетов акционерного общества, об описи принадлежащего ему имущества судебным исполнителем, а также о совершении обществом ряда действий, характеризующих его как недобросовестного партнера фирмы. На основании упомянутого письма фирма сообщила акционерному обществу о приостановлении процедуры регистрации совместного предприятия и отложении внесения своей доли в его уставный капитал. В ходе судебного разбирательства установлено, что изложенные в письме товарищества сведения не соответствуют действительности. Руководствуясь статьей 152 ГК РФ, арбитражный суд признал, что сведения, изложенные в письме, порочат деловую репутацию истца, и обязал его автора направить фирме новое письмо с опровержением ранее изложенной информации63.

По мнению Т.В.Черкасова, «закон (п. 1 ст. 152 ГК РФ) предоставляет опороченному лицу альтернативно возможность защиты чести, достоинства или деловой репутации. Однако умаление деловой репутации, являющейся проявлением одной из сторон целостного блага репутации, нередко сопряжено с посягательством на честь и достоинство. Поэтому следует говорить о субъективном праве на защиту чести, достоинства и (или) деловой репутации и праве на защиту только деловой репутации. Причем первое право присуще именно гражданам, а второе характерно для юридических лиц»64.

К сведениям, порочащим деловую репутацию, можно отнести сведения о несоответствии деловых качеств субъекта права необходимым для осуществления предпринимательской деятельности качествам; о низком качестве производимой продукции или оказываемых услуг, их несоответствии установленным стандартам; о нечестном, недобросовестном поведении субъекта права по отношению к клиентам и контрагентам и т. д.

Право на защиту деловой репутации возникает при соблюдении следующих условий:

  •   если о лице были сообщены сведения, порочащие его деловую репутацию;
  •   если указанные сведения были распространены, то есть с этими сведениями ознакомились иные (не считая самого распространившего эти сведения) лица;

— если эти сведения не соответствуют действительности. Формы защиты деловой репутации такие же, как у чести и достоинства граждан. По этим вопросам имеется обширная литература, и подробно останавливаться на этом в нашем исследовании представляется излишним.

Рассмотрим более детально проблему возмещения убытков и морального вреда, поскольку деловая репутация имеет в этом отношении некоторые особенности, по сравнению с честью и достоинством.

Уже упоминалось, что закон (ст. 152 ГК РФ) защищает деловую репутацию не только граждан, но и юридических лиц. В этом отличие деловой репутации от иных нематериальных благ.

Лицо, в отношении которого распространены сведения, порочащие его деловую репутацию, вправе, наряду с опровержением таких сведений, требовать возмещения убытков, причиненных их распространением. Это очень важная норма. Значение ее заключается в том, что доброе имя в хозяйственном обороте является важнейшей предпосылкой для успешного ведения предпринимательской деятельности, на что обращено внимание, например, в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 25 апреля 1995 г.6 «О внесении изменений и дополнений в некоторые постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации»65.

Порочащие сведения, в особенности, если они распространены средствами массовой информации, в условиях рыночной экономики могут отвратить от предпринимателя его контрагентов и потребителей его продукции (работ, услуг) и, тем самым, причинить ему огромные убытки. Убытки должны взыскиваться в соответствии со ст. 15 ГК РФ.

Ущерб, причиненный деловой репутации, возникает в результате распространения сведений, порочащих деловую репутацию субъекта права. Очевидно, можно предположить ситуацию, когда деловой репутации причиняется ущерб в результате других действий, например в результате незаконного использования товарного знака субъекта права. Однако, если в отношении гражданина закон дает возможность построения правовой конструкции, позволяющей в рассматриваемом случае в полном объеме защитить деловую репутацию, в том числе взыскать моральный вред (ст. 12, 150 ГК РФ), то для юридического лица эти возможности ограничены положениями ст. 152 ГК РФ, регулирующей защиту чести, достоинства и деловой репутации, которые опорочены в результате распространения не соответствующих действительности сведений. Полагаем, что предоставление законом юридическому лицу меньших, по сравнению с гражданином, возможностей для защиты своей деловой репутации лишено серьезных оснований.

В то же время, необходимо четко определить основание для возложения материальной ответственности в связи с распространением сведений, порочащих деловую репутацию. Так, в п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 февраля 2005 г.3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц»66 указано, что правила, регулирующие компенсацию морального вреда в связи с распространением сведений, порочащих деловую репутацию гражданина, применяются и в случаях распространения таких сведений в отношении юридического лица, что, фактически, не добавляет ничего нового к п. 7 ст. 152 ГК РФ. Из приведенной цитаты не следует, что, применяя содержащиеся в ГК РФ правила, регулирующие компенсацию морального вреда (в части, например, определения денежного размера вреда), суды должны взыскивать именно «моральный» вред, причиненный юридическому лицу.

Свое мнение по данному вопросу выразил и Конституционный Суд РФ в определении от 04.12.2003508-О об отказе в рассмотрении жалобы гражданина Шлафмана Владимира Аркадьевича на нарушение его конституционных прав пунктом 7 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации67.

В п.2 определения от 04.12.2003508-О Конституционный Суд РФ указал, что «... отсутствие прямого указания в законе на способ защиты деловой репутации юридических лиц не лишает их права предъявлять требования о компенсации убытков, в том числе нематериальных, причиненных умалением деловой репутации, или нематериального вреда, имеющего свое собственное содержание (отличное от содержания морального вреда, причиненного гражданину), которое вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения (пункт 2 статьи 150 ГК Российской Федерации. В обоснование своей правовой позиции Конституционный Суд РФ сослался на постановление Европейского Суда по правам человека (далее - ЕСПЧ) от 06.04.2000 по делу «Компания Комингерсол С.А. против Португалии» (CASE OF COMINGERSOLL S.A. v. PORTUGAL), жалоба № 35382/97.

Таким образом, имея в виду вышеприведенные правовые позиции судов, допустимо говорить о возможности взыскания в пользу юридического лица в связи с распространением сведений, порочащих его деловую репутацию не морального и не «репутационного», а именно нематериального вреда, но по правилам, регулирующим компенсацию морального вреда в связи с распространением сведений, порочащих деловую репутацию гражданина.

В связи со ссылкой Конституционного Суда РФ на судебный акт ЕСПЧ нельзя не отметить, что Конституционным Судом РФ было проигнорировано различие между решениями (decisions) ЕСПЧ, которые выносятся относительно приемлемости поданной в ЕСПЧ жалобы и в других случаях, когда ЕСПЧ не разрешает дело по существу, и постановлениями (judgments) ЕСПЧ, которые выносятся по существу дела и в отношении справедливой компенсации, именуя и те, и другие «решениями». Такая позиция Конституционного Суда РФ тем более непонятна, если учесть, что имеется официальный перевод на русский язык Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далееКонвенция)68, в тексте которого судебный акт, разрешающий дело по существу, именуется именно «постановлением»69. В определении от 04.12.2003508-О Конституционный Суд РФ сослался именно на постановление (judgment) ЕСПЧ, хотя процитированный акт ЕСПЧ был вынесен в форме решения.

В п.2 определения от 04.12.03 N 508-О Конституционный Суд РФ отметил, что «Конвенция о защите прав человека и основных свобод», являющаяся в соответствии с ч.4 ст. 15 Конституции РФ составной частью правовой системы Российской Федерации, допускает взыскание с государства, виновного в нарушении ее положений, справедливой компенсации потерпевшей стороне, в том числе юридическому лицу, для обеспечения действенности права на справедливое судебное разбирательство (ст.41). Исходя из этого, ЕСПЧ в решении от 06.04.2000 по делу «Компания Комингерсол С.А.» против Португалии» пришел к выводу о том, что суд не может исключить возможность присуждения коммерческой компании компенсации за нематериальные убытки, которые «могут включать виды требований, являющиеся в большей или меньшей степени «объективными» или «субъективными». Среди них необходимо принять во внимание репутацию компании, неопределенность в планировании решений, препятствия в управлении компанией (для которых не существует четкого метода подсчета) и, наконец, хотя и в меньшей степени, беспокойство и неудобства, причиненные членам руководства компании».

Учитывая правовую позицию Конституционного Суда РФ, сформулированную в определении от 04.12.03 N 508-О, представляется совершенно обоснованным изменение Федеральным арбитражным судом Московского округа в постановлении от 30.03.2005 по иску ОАО «Альфа-Банк» к ЗАО «Коммерсанты Издательский дом» предложенного истцом применительно к взыскиваемому вреду неологизма «репутационный» на «нематериальный»70.

Представляется также недопустимым использование высокой репутации одних лиц в рекламе других лиц, продвигающих на рынок свой малоизвестный товар. Такой прием, как правило, дискредитирует производителей с высокой деловой репутацией и, по сути своей, может быть признан диффамацией, влекущей судебную защиту на основании ст. 152 ГК РФ. В п.1 ч.2 ст.5 Федерального закона от 13.03.200638-ФЗ «О рекламе» (далееЗакон о рекламе)71 указано, что недобросовестной является реклама, которая содержит некорректные сравнения рекламируемого товара с находящимися в обороте товарами, которые произведены другими изготовителями или реализуются другими продавцами. Согласно ч.2 ст.38 Закона о рекламе лица, права и интересы которых нарушены в результате распространения ненадлежащей рекламы, вправе обращаться в установленном порядке в суд или арбитражный суд, в том числе с исками о возмещении убытков, включая упущенную выгоду, о возмещении вреда, причиненного здоровью физических лиц и (или) имуществу физических или юридических лиц, о компенсации морального вреда, о публичном опровержении недостоверной рекламы (контррекламе).

На страницах печати встречаются материалы «на правах рекламы», умаляющие деловую репутацию отдельных товаропроизводителей. При этом они могут сопровождаться следующим сообщением: «Ответственность за содержание рекламы редакция не несет». Информация в такой форме не соответствует ст. 57 Закона о СМИ. В этой статье дан исчерпывающий перечень сведений, ущемляющих права и законные интересы граждан, за распространение которых редакция, главный редактор, журналист не несут ответственности. В этой связи нельзя не согласиться с выводом Судебной палаты по информационным спорам при Президенте Российской Федерации, сделанным ею в решении от 17 марта 1994 г.5, о том, что редакция, главный редактор несут ответственность за содержание рекламы, публикуемой в средствах массовой информации. Поэтому, если сведения, посягающие начесть, достоинство и деловую репутацию, распространены СМИ на правах рекламы, то редакция все равно несет ответственность за содержание распространенной таким образом информации. В случае умаления деловой репутации конкретных физических или юридических лиц недобросовестной рекламой, они имеют право на судебную защиту от такого вида диффамации72.

Источником информации, непосредственно затрагивающей деловую репутацию организации, могут быть и сообщения о ней третьих лицдостоверные либо ложные. В последнем случае этой репутации может быть причинен вред. Наиболее часто подрывается деловая репутация именно коммерческих организаций путем оглашения другими лицами (как правило, через средства массовой информации) не соответствующих действительности сведений. Подобные действия являются, как правило, следствием конкуренции на рынке. Эти случаи представляют собой более узкие и условно самостоятельные виды посягательств на деловую репутацию юридических лиц, когда они проявляются в виде недобросовестной конкуренции или ненадлежащей рекламы (недобросовестной, недостоверной, неэтичной, заведомо ложной и иной).

Согласно ст.4, 10 Федерального закона «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» (далееЗакон о конкуренции), не допускаются любые направленные на приобретение преимуществ в принимательской деятельности действия хозяйствующих субъектов, которые противоречат положениям действующего законодательства, обычаям делового оборота, требованиям добропорядочности, разумности и справедливости и могут нанести ущерб деловой репутации других хозяйствующих субъектовконкурентов (в том числе распространение ложных, неточных или искаженных сведений, способных причинить убытки другому хозяйствующему субъекту либо нанести ущерб его деловой репутации).

Деловая репутация юридического лица, в отличие от чести и достоинства лица, не является неизменной. Она носит динамичный характер и может в разное время быть как положительной, так и отрицательной. От этого, во многом, зависит место организации в системе общественных отношений как таковых и ее успешное развитие в дальнейшем. Правовая защита данного блага осуществляется в подавляющем большинстве случаев при нарушении или причинении вреда именно положительной деловой репутации. Однако, даже если у организации объективно сложилась порочная деловая репутация, то при наличии законодательно предусмотренных предпосылок возможна и ее защита от дальнейшего умаления, хотя очевидно, что эффективность такой защиты будет, скорее всего, крайне низкой.

Право на защиту деловой репутации принадлежит организации на основании ст. 152 ГК РФ, в случае распространения о ней не соответствующих действительности порочащих сведений. При этом заинтересованное лицо имеет право требовать по суду опровержения ложных сообщений, а также право на опубликование своего ответа в средствах массовой информации, опубликовавших сведения, порочащие его деловую репутацию. Аналогичное право организациям предоставлено и ст. 43 - 46 Закона о СМИ.

По поводу деловой репутации юридических лиц нельзя не обратить внимание также на то, что ее судебная защита возможна исключительно на основании ст. 152 ГК РФ путем использования гражданско-правовых способов судебной защиты. Уголовной ответственности за посягательства на деловую репутацию юридических лиц российское законодательство не предусматривает, поскольку потерпевшими, как, впрочем, и подсудимыми, в уголовном деле о клевете или оскорблении могут быть только граждане. По этому поводу в литературе высказана заслуживающая внимания точка зрения о том, что оскорбление юридического лица может быть оскорблением определенных физических лиц, официально действующих от имени данного юридического лица.

Поддержание на должном уровне деловой репутации, как гражданина, так и организации приобретает особое значение в условиях рыночной экономики, когда мнение о человеке в обществе определяет не только его эмоциональное самоощущение, но и реальное экономическое благополучие. В еще большей степени это касается организации, сама возможность существования которой зависит от представления о ней как других организаций (поставщиков, кредиторов, спонсоров и т. д.), так и рядовых граждан (клиентов, потребителей), т. е. общества, в целом. Возможность защиты деловой репутации является теперь неотъемлемой частью правовой системы Российской Федерации.

Наиболее общее понятие защиты репутации предполагает, прежде всего, охрану права лица на то, чтобы сведения о его поведении соответствовали действительности. В настоящее время гражданско-правовая защита деловой репутации опирается на ст. 152 ГК РФ —«Защита чести, достоинства и деловой репутации». В соответствии с ней, гражданин, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, вправе наряду с опровержением таких сведений требовать возмещения убытков и морального вреда, причиненных их распространением (ч. 5 ст. 152 ГК РФ); причем, данные правила о защите деловой репутации гражданина, соответственно, применяются к защите деловой репутации юридического лица (ч.7 ст. 152 ГК РФ). Следовательно, возникает проблема толкования указанной нормы, связанная с возможностью понимания ее как допускающей компенсацию морального вреда юридическому лицу, в отношении которого распространены сведения, порочащие его деловую репутацию.

Как известно, современное законодательство считает моральным вредом физические или нравственные страдания. Об этом предусмотрено в ч. 1 ст. 151 ГК РФ, предусматривающей денежную компенсацию, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом73. В порядке разъяснения существа рассматриваемого института в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 г.10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда»74 было указано, что под моральным вредом следует понимать «нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, или нарушающими его личные неимущественные права, либо нарушающими имущественные права гражданина»75. Очевидно, что данное определение неприменимо к юридическому лицу, ибо невозможно вести речь о испытываемых им физических или нравственных страданиях.

Иными словами, по действующему законодательству гражданин, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, имеет право на опровержение таких сведений, возмещение убытков и морального вреда, причиненных их распространением (п.5 ст. 152 ГК РФ). Юридическое же лицо, в отношении которого распространены не соответствующие действительности сведения, порочащие его деловую репутацию (п. 7 ст. 152 ГК РФ), защищается посредством опровержения таких сведений и возмещения убытков (п. 5 ст. 152 ГК РФ).

В то же время, выдвигаются предложения о более широком применении института компенсации морального вреда. Так, выдвинута идея о необходимости обязательного предоставления законом «такого способа защиты, как компенсация морального вреда, в случае нарушения любых неимущественных прав юридического лица»76. По мнению А.В. Шичанина, «нарушение договорных обязательств; разглашение коммерческой тайны; незаконное пользование товарным знаком юридического лица и другие правонарушения, влекущие причинение морального вреда юридическому лицу, могут остаться вне сферы правового регулирования механизма защиты личных и имущественных прав, так как не подпадают под распространение сведений, порочащих деловую репутацию»77. Причем, А.В. Шичанин не рассматривает других способов защиты неимущественных прав юридического лица. Следовательно, можно предположить, что основным способом возмещения вреда от перечисленных автором правонарушений и предотвращения их в будущем предлагается именно компенсация на условиях возмещения морального вреда гражданину.

Поэтому мы предлагаем закрепить право юридического лица на защиту деловой репутации, дополнив ст. 152 следующей нормой: «Нарушение личных неимущественных прав и благ юридического лица распространением сведений, порочащих его деловую репутацию, доброе имя, а равно иным способом, подрывающим деловую репутацию юридического лица, подлежит компенсации на условиях возмещения морального вреда гражданину». 

Сторонники компенсации морального вреда юридическому лицу подчеркивают внешнее подобие умаления деловой репутации гражданина и юридического лица, хотя и отмечают при этом неспособность организации испытывать нравственные или физические страдания.

Важно отметить, что, в соответствии с действующим законодательством, юридическое лицо лишь в случае распространения сведений, порочащих его деловую репутацию, может претендовать на защиту в виде опровержения таких сведений и возмещения убытков, причиненных их распространением (ст. 152 ГК РФ). Иначе говоря, юридическое лицо должно иметь право требовать возмещения не только текущих убытков (например, вследствие упущенной выгоды от снижения объема продаж в настоящий момент), но и возможных денежных потерь в будущем (например, на восстановление нарушенного права при необходимости изменения скомпрометированного названия и проведения новой рекламной кампании). Считаем, что этого явно недостаточно для полноценной защиты такого нематериального блага, как деловая репутация, поскольку при этом не будет обеспечиваться полнота возмещения всех видов вреда. Однако, что касается компенсации морального вреда юридическому лицу, то вводить подобную терминологию представляется нецелесообразным.

В то же время, работники организации, в отношении которой распространены не соответствующие действительности сведения, порочащие его деловую репутацию, имеют право требовать компенсации морального вреда в соответствии со ст. 151 и 152 ГК РФ. Но лишь при условии доказанности факта физических или нравственных страданий, то есть, если распространение не соответствующих действительности сведений, порочащих деловую репутацию юридического лица, одновременно причинило вред чести, достоинству или деловой репутации гражданработников данной организации.

Причем, достаточно часто может встретиться ситуация, когда и юридическое лицо, и граждане, связанные с ним, одновременно являются пострадавшими. В таком случае возникает необходимость предъявления нескольких исков по одному факту распространения порочащих сведений. При условии их удовлетворения и юридическое лицо, и граждане получают право требовать опровержения таких сведений и возмещения убытков, а физические лицаеще и компенсации морального вреда, явившегося результатом распространения ложной информации.

Особо следует отметить важное процессуальное значение п. 1 ст. 152 ГК РФ, возлагающего обязанность доказательства истинности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию граждан, на сторону, их распространившую. Тем самым, предполагается презумпция положительной деловой репутации юридического и физического лица в глазах общества и закона.

Как можно заметить, у юридического лица, по сравнению с гражданином, меньше гражданско-правовых способов защиты своей деловой репутации. Так, если неправомерно распространенная информация соответствует действительности, но, например, составляет коммерческую тайну, то в этом случае гражданско-правовая защита предусмотрена лишь для пострадавшего физического лица (ст. 151 ГК РФ). Таким образом, возникает проблема необходимости расширения возможностей защиты нематериальных благ, принадлежащих организации. В данном случае установление для юридического лица права на денежную компенсацию за причиненный нематериальный вред было бы вполне оправданным. Однако вряд ли имеет смысл решать эту проблему посредством расширения сферы деятельности института компенсации морального вреда. Представляется необходимым закрепить защиту неимущественных прав, как граждан, так и юридических лиц в ст. 8 ГК РФ, предусмотрев и способы их защиты, характерные для каждого вида лиц.

Подводя итог сказанному, отметим, что право на защиту деловой репутации возникает только в том случае, если распространенные сведения порочат деловую репутацию лица и не соответствуют действительности.

2.2 Опровержение как внесудебный способ защиты

Российское законодательство четко регламентирует деятельность СМИ с целью недопущения нарушений прав и интересов граждан и организаций. Если же права и интересы нарушены какой-либо недобросовестной публикацией или иным способом распространения сведений, то Гражданский кодекс РФ и Закон о СМИ содержат достаточно эффективный юридический механизм, с помощью которого любое лицо имеет возможность защитить свою честь, достоинство и деловую репутацию. Этот механизм включает в себя право на опровержение не соответствующих действительности и порочащих честь и достоинство сведений или опубликование ответа в том средстве массовой информации, которое распространило сведения.

Гражданин или юридическое лицо, в соответствии с Законом о СМИ, могут, не обращаясь в суд, потребовать непосредственно от редакции опровержения не соответствующих действительности и порочащих их честь и достоинство сведений, которые были распространены в данном средстве массовой информации. В том случае, если редакция не располагает доказательствами того, что распространенные ею сведения соответствуют действительности, она обязана их опровергнуть. Заинтересованное лицо может предоставить свой текст опровержения. Если он соответствует требованиям закона, то данный текст подлежит опубликованию. В тексте опровержения должно быть указано:

а) какие сведения не соответствуют действительности;

б) когда и как они были распространены данным средством массовой информации.

Опровержение в периодическом печатном издании должно быть набрано тем же шрифтом и помещено под заголовком «Опровержение», как правило, на том же месте полосы, что и опровергаемое сообщение или материал. По радио и телевидению опровержение должно быть передано в то же время суток и, как правило, в той же передаче, что и опровергаемое сообщение или материал.

Объем опровержения не может более чем вдвое превышать объем опровергаемого фрагмента, но нельзя требовать, чтобы он был короче стандартной машинописной страницы. Опровержение по радио и телевидению не должно занимать не эфирного времени, чем требуется для прочтения диктором стандартной страницы машинописного текста. Опровержение должно последовать:

  1.   в средствах массовой информации, выходящих в свет (эфир) не реже одного раза в неделю, в течение десяти дней со дня получения требования об опровержении или его текста;
  2.   в иных средствах массовой информациив подготавливаемом или ближайшем планируемом выпуске.

В течение месяца со дня получения требования об опровержении либо его текста редакция обязана в письменной форме уведомить заинтересованных гражданина или организацию о предполагаемом сроке распространения опровержения, либо об отказе в его распространении с указанием оснований отказа.

В соответствии со ст. 45 Закона о СМИ, в опровержении должно быть отказано, если данное требование:

  1.   само является злоупотреблением свободой массовой информации;
  2.   противоречит вступившему в законную силу решению суда;
  3.   является анонимным.

Кроме того, в опровержении может быть отказано:

  1.   если опровергаются сведения, которые уже опровергнуты в данном средстве массовой информации;
  2.   если требование об опровержении, либо представленный текст его поступили в редакцию по истечении одного года со дня распространения опровергаемых сведений.

Отказ в опровержении либо нарушение установленного порядка опровержения обжалуются в суде в течение года со дня распространения опровергаемых сведений.

В тех случаях, когда в отношении гражданина или юридического лица в средствах массовой информации распространены не соответствующие действительности сведения (которые не порочат честь, достоинство и деловую репутацию), либо распространены сведения ущемляющие права и законные интересы гражданина и деловую репутацию юридического лица, они имеют право на опубликование ответа в том же средстве массовой информации.

Порядок опубликования ответа и отказа в таковом аналогичен процедуре опровержения.

Сравнение текста ч. 3 ст. 152 ГК РФ и ст.46 Закона о СМИ обнаруживает разночтение, заключающееся в том, что ГК РФ не дает права гражданам и юридическим лицам на опубликование ответа в случаях распространения не соответствующих действительности сведений, не ущемляющих их права и законные интересы, хотя такое право предусмотрено Законом о СМИ. Поскольку ГК РФ вступил в силу позднее Закона о СМИ именно его и следует применять для регулирования соответствующих отношений.

Опровержение отличается от ответа двумя признаками:

1. Опровержение исходит от редакции (хотя текст может быть предложен лицом, в отношении которого распространены не соответствующие действительности сведения).

Под ответом ставится подпись гражданина или юридического лица, чьи права были нарушены газетной публикацией, так как в соответствии с ч.3 ст. 152 ГК РФ лицо имеет право на опубликование своего ответа.

2. Гражданин может требовать от редакции опровержения лишь в том случае, когда опубликованные, не соответствующие действительности, сведения порочат его честь, достоинство и деловую репутацию. Если же этот признак отсутствует, и распространенные сведения не порочат гражданина, а лишь ущемляют его права и охраняемые законом интересы, он имеет право только на опубликование своего ответа. Это правило применимо и к юридическому лицу для защиты деловой репутации78.

Различие между опровержением и ответом имеет принципиальное значение, так как они имеют разные юридические последствия.

Опровержение, по сути дела, является добровольным признанием факта распространения редакцией не соответствующих действительности, порочащих честь, достоинством деловую репутацию сведений. И в этом случае лицо получает право требовать возмещения убытков и морального вреда в денежном выражении. Не случайно средства массовой информации предпочитают воздерживаться от добровольного опубликования опровержения, предоставив истцу возможность в суде доказывать обоснованность своих претензий.

По нашему мнению, необходимо сделать перечень сообщений, содержащийся в ст. 152 ГК РФ открытым (не исчерпывающим), что позволит более дифференцированно подходить к решению задач, возникающих в практической деятельности. Для этого дадим определение термина «уточнение» —«1. Делание точным, точнее, т. е. показывание, передача чего-нибудь в полном соответствии с действительностью. 2. Мысль, подробности, деталь, уточняющая что-нибудь». Обобщив эти два определения, и проанализировав содержание данных сообщений, можно сделать вывод о том, что типичное уточнение представляет собой сообщение, уточняющее, исправляющее первоначально поданный материал в полном соответствии с действительностью. Структура уточнения такова: сначала, как правило, сообщается название публикации, в которой была допущена ошибка, номер газеты, в которой она была опубликована и дата выхода в свет, констатируется сам факт допущения ошибки. Затем указывается первоначальный вариант сообщения и исправленный вариант. В конце уточнения могут помещаться извинения редакции данного СМИ, адресованные всем заинтересованным лицам, т. е. тем, кто, так или иначе, пострадал от ненадлежащего материала.

Поправка (во втором значении) —«дополнение, изменяющее что-нибудь, исправление». По нашему мнению, семантическое и содержательное наполнение понятия «поправка» схоже с наполнением понятия «уточнение».

Другой вид сообщений, в чистом виде используемый средствами массовой информации не так часто, как два предыдущих,извинение. От уточнений и поправок извинения отличаются двумя основными признаками. Во-первых, извинения, как правило, выступают в более сжатой, экономной форме, хотя принцип выстраивания данного вида сообщений схож с предыдущими. Во-вторых, извинения, как видно уже из самого названия, имеют большую «извинительную» направленность, чем уточнения и поправки. Извинения направлены, в первую очередь, на то, чтобы попросить прощения у заинтересованных лиц, выразить сожаление по поводу допущенной ошибки. Подобный элемент может отсутствовать в уточнении, поправке и т. д. Ведь наряду с возложением обязанности публиковать опровержения и ответы, заставить извиняться средства массовой информации не может никто. Принесение извиненийэто акт доброй воли СМИ, реализация которого зависит от морально-этических установок последнего79.

Наконец, ответ. Практически все встречаемые на практике ответы были одного вида. Их можно обозначить как ответ должностного лица на критическое выступление газеты. С содержанием таких сообщений все понятно: СМИ опубликовало критический материал, и через некоторое время в редакцию приходит письмо с ответом должностного лица, в адрес которого (прямо или косвенно) и была направлена критика.

Надо заметить, что такой способ как опровержение может использоваться не только в спорах о защите чести, достоинства, деловой репутации как объектов гражданского права, но и в отношениях между государствами. Согласно ст.1 Конвенции о международном праве, опровержения, признавая, что профессиональная ответственность корреспондентов и информационных агентств требует от них, чтобы они сообщали факты без дискриминации и в их надлежащей связи, поднимая тем самым уважение к правам человека и основным свободам, способствуя международному взаимопониманию и сотрудничеству и содействуя поддержанию международного мира и безопасности; принимая также во внимание, что в соответствии с профессиональной этикой все корреспонденты и информационные агентства должны придерживаться обычной практики передачи в том же порядке или опубликования опровержений тех информационных сообщений, переданных или опубликованных ими, которые оказались ложными или искаженными; договаривающиеся государства соглашаются, что в тех случаях, когда одно из договаривающихся государств утверждает, что информационные сообщения, могущие причинить вред его отношениям с другими государствами или его национальному престижу и достоинству, переданные из одной страны в другую корреспондентами или информационными агентствами другого договаривающегося государства или государства, не являющегося участником настоящей Конвенции, и опубликованные или распространенные вне его пределов, являются ложными или искаженными, оно имеет право предоставить свою версию фактов (именуемую далее «коммюнике») договаривающимся государствам, на территории которых такие сообщения были опубликованы или распространены. Копия этого коммюнике отправляется одновременно соответствующему корреспонденту или информационному агентству, для того чтобы дать этому корреспонденту или информационному агентству возможность исправить соответствующее информационное сообщение. Такое коммюнике может быть выпущено только в отношении информационных сообщений и не должно содержать в себе каких-либо замечаний или выражения мнения. Оно не должно быть длиннее, чем это необходимо для исправления якобы допущенной неточности или искажения, и к этому коммюнике должен быть приложен дословный текст опубликованного или распространенного сообщения, а также доказательство того, что это сообщение было передано из-за границы корреспондентом или информационным агентством.

Подводя итог сказанному, заметим, что гражданин или юридическое лицо могут, не обращаясь в суд, потребовать непосредственно от редакции опровержения не соответствующих действительности и порочащих их честь и достоинство сведений, которые были распространены в данном средстве массовой информации. Помимо опровержения, ст. 152 ГК РФ предусматривает возможность ответа. Опровержение от ответа отличается следующими признаками:

  1.   опровержение исходит от редакции, а ответ от гражданина или юридического лица, чьи права были нарушены;
  2.   гражданин или юридическое лицо может требовать от редакции опровержения лишь в том случае, когда опубликованные не соответствующие действительности сведения порочат его честь, достоинство и деловую репутацию. Если же этот признак отсутствует, и распространенные сведения не являются порочащими, указанные лица имеют право только на опубликование своего ответа80.

Наиболее распространенным способом защиты является опровержение, однако им не исчерпывается все многообразие сообщений, которые делают СМИ. К ним можно отнести: уточнение, поправку, комментарий, ответ и прочие. Среди перечисленных юридическое значение придается только ответу. По нашему мнению необходимо сделать перечень сообщений, содержащийся в ст. 152 ГК РФ открытым (не исчерпывающим), что позволит более дифференцированно подходить к решению задач, возникающих в практической деятельности.

2.3 Опровержение как судебный способ защиты

Основным специальным гражданско-правовым способом судебной защиты от диффамации является опровержение порочащих сведений (п. 1,2 ст. 152 ГК РФ). Праву потерпевшего на опровержение корреспондирует обязанность распространителя опровергнуть порочащие сведения, если он не докажет их соответствие действительности. Термин «опровержение» в законе не раскрыт, поэтому в литературе даются разные его определения. Так, А.Л. Анисимов полагает, что «под опровержением должно пониматься доведение до круга лиц, в среде которых сведения были распространены, информации о признании судом несоответствия действительности...»81. На наш взгляд, такое определение является односторонним, выделяющим в понятии опровержения далеко не главный признак —«доведение до круга лиц», которое относится скорее к исполнению решения суда об опровержении, чем к содержательной части этого понятия.

По мнению А.А. Власова, «родовое понятие опровержения объединяет два вида опровержения. Иск об опровержении предполагает последовательное осуществление обоих его видов. Во-первых, в самом решении суда уже содержится опровержение. Когда осуществляется исполнение решения суда, и ответчик осуществляет возложенную на него обязанность по опровержению, наступает второй этап опровержения»82.

Анализ правового содержания ст. 12,152 ГК РФ позволяет прийти к выводу о том, что опровержениеэто специальный способ защиты гражданских прав, представляющий собой обоснованное отрицание сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию потерпевшего, исходящее от лица, распространившего такие сведения.

Поскольку опровержение направлено на восстановление умаленных чести, достоинства и деловой репутации в первоначальное состояние, оно относится к одному из общих способов защиты гражданских прав, предусмотренных в ст. 12 ГК РФ,восстановление положения, существовавшего до нарушения права. А.П. Сергеев пишет, что этот способ защиты гражданских прав применяется в тех случаях, «когда нарушенное регулятивное субъективное право в результате правонарушения не прекращает своего существования и может быть реально восстановлено путем устранения последствий правонарушения»83. Как мы уже отмечали, диффамационным деликтом честь, достоинство и деловая репутация как нематериальные категории позитивного характера могут быть только умалены, но не могут быть уничтожены. Поэтому опровержением реально восстанавливаются последствия диффамационного деликта.

Необходимо, однако, признать, что несмотря на общую правовосстановительную направленность мер государственного принуждения, крайне сложно установить, а следовательно и обеспечить точную степень восстановления нарушенного права, поскольку необходимо учитывать не только информационную, но и моральную составляющую распространения порочащих сведений, их долговременный негативный эффект и невозможность точного определения круга лиц, получивших порочащие сведения, а значит и обеспечить исчерпывающее их информирование о несоответствии действительности ранее полученной ими информации.

Статья 152 ГК РФ устанавливает специальный порядок опровержения порочащих сведений, которые были распространены в средствах массовой информации: опровержение должно последовать в тех же средствах массовой информации. В судебной практике последовательно проявляется принцип, по которому сведения должны быть опровергнуты, по возможности, тем же способом, которым они были распространены. В п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ11 от 18 августа 1992 г. «О некоторых вопросах, возникших при рассмотрении судами дел о защите чести и достоинства гражданина, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» указано: «При удовлетворении иска суд в резолютивной части решения обязан указать способ опровержения порочащих сведений, признанных не соответствующими действительности, и при необходимости изложить текст такого опровержения, где должно быть указано, какие сведения не соответствуют действительности, когда и как они были распространены, а также определить срок (применительно к установленным ст. 44 Закона о СМИ), в течение которого оно должно последовать»84.

Ряд авторов85 предлагает для правильного разрешения подобного рода дел проводить «текстологическую экспертизу» (текстология самостоятельная филологическая дисциплина, изучающая произведения письменности, литературы и фольклора в целях критической проверки, установления оригинальности текстов для дальнейшего их исследования и публикации). На текстологическую экспертизу целесообразно направлять письменнографические материалы, закрепленные на бумажном носителе... Экспертные познания в области филологии необходимы, чтобы на основе этих критериев дать всесторонний и глубокий анализ текста, ставшего предметом спорных отношений. При этом компетенция эксперта не распространяется на юридические вопросы, и только суд вправе решить, порочат ли честь, достоинство и деловую репутацию изложенные в тексте сведения.

Сфера распространения порочащих сведений,